Налим

Налим

Налим

Налим обитает в реках и больших проточных озерах северного полушария. Особенно много его в Сибири, где он стал важным объектом промысла. В водоемах средней полосы нашей страны налима мало и он здесь мельче. Чем дальше на юг, тем реже он встречается, а потом совсем исчезает. Когда-то, очень давно, налим водился в море, что с достоверностью установили ихтиологи, а сейчас он единственный представитель тресковых рыб в пресных водах.

…Мы приехали в город Шексну, что стоит на реке того же названия, впадающей в Рыбинское море. Река Шексна входит в Волго-Балтийский водный путь и шлюзована на всем протяжении. Белозерским каналом она соединена с рекой Ковжей, а другим каналом — с бассейном Северной Двины.

На попутной машине мы отправились в деревню с красивым именем Ирма. Она стоит на самом берегу Шексны. Поселились мы у доброй и приветливой женщины. Ловили совсем близко: пересекали хозяйкин огород, а потом спускались с крутого берега, густо поросшего молодой ольхой. Здесь тянулась небольшая, но довольно глубокая заводь. Лишь порой мы ходили немного дальше — на Поповское озеро, где клевал крупный и какой-то потешный окунь — губы, жаберные крышки и лоб у него не темные, а ярко-желтые и оранжевые.

Утром на лед заводи приходил местный парень и снимал с жерлиц попавшихся ночью налимов. Однажды и окунь, и плотва у нас перестали клевать, и я тоже поставил жерлицы. На их ершишек позарились два крупных налима. Но они не принесли радости: я вытащил их из лунки так, как если бы это были поленья. Оба налима долго извивались на льду, и если бы соскользнули в лунку, я не стал бы сокрушаться. Я отдал их хозяйке. Из одного она сварила нам суп, другого оставила себе: у нее приближался день рождения. Признаться, штуки две я хотел привезти домой: они бы выглядели более эффектно, чем те окуни и плотва, которых мы тогда ловили. Однако накануне нашего отъезда налимы почему-то не клевали…

В повадках налима много интересного. Так, он любопытен — его привлекает свет. Это отмечал, например, еще А. Шубин: "Огонь не вредит клеву, даже привлекает налимов. Некоторые рыбаки, ловя налимов с лодки, даже зажигают фонарики, чтобы свет падал в воду" ("Тайны рыбацкого счастья". Свердловск, 1928). Л. П. Сабанеев сообщал, что "многие московские рыболовы помнят небывалый клев налимов… у Каменного моста, привлеченных большим пожаром на набережной" ("Рыбы России". М., 1911). А вот мнение нашего современника В. Рачкова, написавшего специальную книжку о ловле налимов: "По Моим наблюдениям, в зоне освещения налимы не клюют; но особенно интенсивный клев бывает на переходной границе, то есть в местах, где на воде играют световые блики, а глубина не превышает двух метров. Я почти всегда при ужений налима разжигаю костер, но никогда не видел, хотя осенью вода бывает прозрачной, как воздух, чтобы налимы подплывали к берегу на огонь. Уловы всегда были значительно выше, чем при ужении "втемную", без костра. Очевидно, очень яркий свет слепит рыбу и она не выходит в освещенную зону, Предпочитая держаться в зоне сильно рассеянного света. Аппетит же у рыб, привлеченных светом, не страдает, а, наоборот, возбуждается, и поклевки становятся более частыми" ("Ловля ночного хищника". Пермь, 1966).

Замечено, что в лунные ночи налим ловится хуже. Держится он под плотами, наплавными мостами, забирается в подмытые корни прибрежных деревьев и в рачьи норы. Помните, плотник Герасим в рассказе А. П. Чехова "Налим" говорит: "- Никак вот тут с налимом не управимся… Забрался под корягу и словно в норе: ни туда, ни сюда".

После больших усилий на поверхности воды показалась налимья голова, а за нею — аршинное тело. И хотя уже успели "взвесить" и его самого — "фунтов десять будет" — и его печень ("так и прет из нутра"), налим все же ушел. И неудивительно: он обильно покрыт слизью, а чешуя у него мелкая. Против этого есть одно средство: прежде чем брать налима рукой, ее следует обмотать мешковиной или другой грубой материей.

Привлекает налима и посторонний звук. На это указывал и Н. Рождественский: "Если налим слышит какой-нибудь звук, он обязательно идет на него. Этим пользуются многие рыболовы и подманивают налимов звуком, например, колокольчика" ("Спутник рыболова-удильщика". М., 1928).

При вываживании налим почти не сопротивляется. Все мастерство, собственно, заключается в том, чтобы найти его стоянку и пути передвижения в поисках корма.

О летних кормовых миграциях налима сообщил В. Сабунаев: "Как правило, выйдя из укрытия, налим придерживается глубоких борозд и отправляется к месту, где ему удалось удачно поохотиться в прошлую ночь. Это может быть либо нерестилище других рыб, где налим поедает икру или самих рыб, либо места скопления моллюсков, либо перекаты, являющиеся любимым местопребыванием пескаря, гольца, бычка, до которых налим большой охотник, либо омуты, где держится ерш, которым налим также не брезгует" ("Спортивная ловля рыбы". Л., 1972).

Обычно для ловли налима применяют крупный одинарный крючок, а насаживают на него лягушонка, червей, потроха птиц, живца; возьмет налим и снулую рыбку, и кусок большой рыбы. Насадка обязательно должна лежать на дне: чем выше над ним, тем меньше надежды на успех.

Эту рыбу часто ловят донками. Но что это за ловля: схватив насадку, налим не спешит уходить — стоит на месте и заглатывает ее. Вот как об этом писал А. Власов: "…налим будет торчать совершенно спокойно на одном и том же месте битый час, заметить его присутствие на крючке можно только по лесе, если она была натянута по воде и ослабла" (журнал "Рыболов-любитель" № 4 за 1912 г.). Часто узнают об этом лишь случайно, когда извлечь крючок уже трудно, поэтому бывалые удильщики обязательно применяют съемные поводки. Неудивительно, что сходов никогда не бывает. Донками ловят и зимой. Это очень грубая снасть: толстая леска с грузилом и крючком, привязанная к. палке, положенной поперек лунки.

Зимой, после наступления темноты, налима можно ловить на блесну. Это, конечно, куда интереснее. Кстати, блесну он не успевает глубоко заглотать. Блесной надо играть у самого дна, часто класть ее на грунт. Поклевки обычно бывают во время пауз, которые должны длиться 10-15 секунд. Применяют большие блесны с одинарным впаянным крючком. "Клев начинается с наступлением темноты на глубине 10-12 м. Поклевка налима резка и решительна. Блесну он обычно берет поперек, поэтому нередко засекается за наружную часть рта… С середины ночи клев почти прекращается" ("Водоемы Подмосковья". М., 1969). Это относится к ужению на Плещеевом озере (Ярославская область). Далее сообщается, что в этом водоеме "…обитают две разновидности налима — обыкновенный, желто-бурой окраски, и налим черно-мраморный, которого местные рыболовы называют "слепцом". Его мясо почти несъедобно. Старики утверждают, что кормится этот налим только мертвой рыбой. И на блесну, в отличие от обыкновенного налима, не клюет".

Однажды около станции Скнятино Савеловской железной дороги, возле устоев старого моста, я в сумерки успешно ловил налимов на крупную мормышку, наживленную земляным червем. Попадается он и на кружки, если их оставить до утра.

О родстве налима с треской говорит очень большой размер (до килограмма и более) его печени — в ней накапливается жир, необходимый ему летом. Печень — нежная, это очень вкусный и питательный деликатес.

Нерестится налим среди зимы, когда стоят самые сильные морозы. Икру откладывает на мелководных местах, где дно галечно-песчаное, и в очень большом количестве — крупные экземпляры до 3 000 000 штук. Если бы вся эта икра сохранялась, то через несколько лет, кроме налимов, в реках и озерах никакой рыбы не осталось бы. Не происходит этого потому, что подавляющая часть икры гибнет — становится кормом других обитателей водоемов.

В зимнюю бескормицу поживиться его икрой спешат все, особенно окунь. Налим активен лишь зимой. Чем больше весна вступает в свои права, тем он пассивнее. Например, охотится только ночью, а в светлое время суток уходит в глубокие места, прячется среди коряг, в норах, жмется к холодным ключам. Когда же наступает лето, он не кормится в большинстве случаев и ночью, а если лето жаркое — впадает в оцепенение. Обычно это бывает, когда вода нагревается до 15-16°С. С приближением же осени налим чувствует себя все лучше и, наконец, переходит на активный образ жизни: начинает охотиться не только в глубинах, но и на мелких местах, не только ночью, но и в пасмурные дни. Как у всех ночных хищников, слух и обоняние у него развиты лучше, чем зрение.

Внешне он довольно похож на сома: спина окрашена в черно-бурый или темно-зеленый цвет, брюхо — светлое. Впрочем, окраска его с годами меняется: чем старше, тем он светлее. К тому же окраска сильно зависит от цвета дна и воды. Уснувший налим светлеет, на нем появляются желтые тона. На боках и плавниках налима есть большие светлые пятна. Около ноздрей и с нижней губы свисает по усику. На спине — два плавника. Второй из них и анальный -длинные и подходят к хвостовому. Голова несколько приплюснута, верхняя челюсть выступает над нижней.

Налим предпочитает глубокие места — омуты, ямы, нижние бьефы гидроэлектростанций и мельничных плотин, дно — каменистое или галечное, а воду — холодную, чистую и медленно текущую. Его молодь кормится личинками насекомых, червями, икрой. Взрослые же особи поедают рыб и все живое, что бывает в воде. Особенно достается ершу, который держится на тех же участках водоема, что и налим, а на отмелях — пескарю. Меньше других страдают линь и карась — налим не любит их тинистые угодья. Порой он заглатывает довольно крупных рыб, однако растет медленно — за 6-7 лет достигает длины 60-70 см, а веса — 1,5-1,6 кг. Самцы одного и того же возраста, что и самки, почти вдвое меньше. Предельная длина налима — более метра, а вес — 32 кг.

Я. Емельянов

"Рыбоводство и рыболовство № 6 — 1978 г."

Внимание!

В качестве исходного материала использована статья с сайта "Калининградский рыболовный клуб




Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*