Ностальгия по корюшке

Ностальгия по корюшке

Ностальгия по корюшке

Эта маленькая рыбка по множеству параметров превосходит гигантских сомов, осетров, калуг и прочих наших доморощенных монстров. Я вижу, что вы уже готовы со мной поспорить. Но не торопитесь.

В сводках МЧС бесконечное число трагедий, связанных с ловом этой непонятно чем гипнотизирующей рыбаков проказницы. Обзывать ее какими-то более жесткими словами и вообще винить ее во множестве трагедий я не склонен, ибо виной всему все-таки человеческая составляющая.

В трех регионах сталкивался я с корюшкой. И с уверенностью могу сказать, что только на Белом море к ней относятся спокойно. А вот Балтика и особенно Дальний Восток — это эпицентры "корюшкиных" трагедий. Но поговорим о корюшке в ее разных ипостасях, а отнюдь не только о грустном.

фото П. СальковаРасскажу подробнее, как ловили корюшку во Владивостоке. В августе 1978 года я ступил на приморскую землю и в первый же день оказался на море, но пока еще с не совсем рыбацкими мыслями. Жить мне посчастливилось в живописной бухте Шамора. Тысячи отдыхающих на пляже сильно напоминали Копакабану, о которой мы с Остапом Бендером мечтали независимо друг от друга. А вот сотни из этих тысяч быстро определяли, что главным на Шаморе является пирс, скромно разместившийся в конце бухты. И эти сотни проводили на пирсе дни и ночи, добывая богатый ассортимент экзотической для многих рыбы.

Начиная с конца апреля в прибрежной зоне появлялись огромные косяки корюшки-малоротки, а на довольно-таки большой пирс в то время попасть было совсем не просто. Сотня рыбаков умещалась на нем, стоя плечо в плечо. У всех в руках были телескопические удочки, оснащенные самодурами. Самодур делался из японской лески диаметром 0,1. Как правило, было 5-6 крючков, и единственной насадкой служил поролон. Разодранные новогодние игрушки в виде кусков разноцветного поролона были приколоты булавками на удобных местах одежды. Тут я впервые познакомился с таким магическим сочетанием окрасок — лимонно-желтая. Корюшки приходило много, а иногда очень много. В дни, когда море штормило и волны местами периодически окатывали пирс, лов был просто сумасшедшим. Спортивного аспекта никакого, но зато существовал подсчет рыбы. На килограммы там улов не делили, а вот не подсчитать его было нельзя. Тысяча корюшек за полдня, проведенных на пирсе — это неплохой результат. Хотя по объему это занимало чуть больше набитого до отказа рыболовного ящика. Гирлянды из 5-6 корюшек бесперебойно поднимались из воды.

Интересно было рыбачить в этот период и при полном штиле. В прозрачной воде, просматриваемой до дна при глубине 4-5 метров, косяки корюшки стояли под пирсом и исключительно вяло реагировали на поролон. В такие дни терпеливых оставалось на пирсе не более десятка. И однажды, попав в такую ситуацию, я решил не ждать у моря погоды. Под камнями у пирса я нашел пару морских червей, именуемых ползунками, порезал их на сравнимые с поролоновыми фрагменты и насадил на все крючки. Все эти манипуляции остались не замеченными, но когда я стал таскать корюшку одну за другой, началось "обуривание", не приносящее результата. Червячные кусочки хорошо держались на крючках и оставались не замеченными, а обстановка накалялась. В итоге, в целях предотвращения мордобития, я обнародовал свой рационализаторский опыт.

Осенью, когда начинались первые заморозки и отдыхающих сдувало с пляжа окончательно, начинался совсем другой лов другой… корюшки. Наступала очередь корюшки-зубатки. Именно этот вид корюшки повсеместно распространяет запах огурцов. Сначала я думал, что это всего-навсего прихоть аборигенов — обзывать одну и ту же рыбу разными именами, но в скором времени обнаружил, что у малоротки, соответственно названию, круглый небольшой рот, а вот у зубатки настоящая пасть хищника, которая широко открывается и демонстрирует зубы.

Чем же отличалась эта рыбалка? Многим. Во-первых, она проводилась ночью с обязательным фонариком. Во-вторых, делались самодуры уже из более толстой лески (0,15), крючки были 5-6 номер, по-русски, а насадкой служили крупные земляные черви.

Самодур расстилался на пирсе, насаживались крупные черви и рыбалка проводилась "на ощупь". Удары зубатки были крепкими и удилище сгибалось под тяжестью рыбы. Нередко попадалась и появляющаяся у пирса навага, реже хищники. Рыбалка уже не была столь продуктивной и 50 зубаток за вечер — считалось совсем неплохо. В этот же период начинался жор у терпуга, но его ловили днем.

Но это только прелюдия, так как корюшка — все-таки зимний трофей. Так было и во Владивостоке.

Все рыбацкое население Владивостока резко делилось на две непримиримых касты. Первых было мало — не больше 1/10 общего числа рыбаков. Они зимой ловили исключительно на блесны, даже если были участниками пирсовых самодурных путин.

Блесны делались собственноручно и продавались тогда на рынке в малых объемах. Отличались они от заводских радикально и в процессе эволюции пришли к двум формам: "клюшки", как для хоккея с шайбой, с впаянной иглой вместо крючка и "гвоздики" с припаянным к прямой пластинке крючком. "Клюшки" были в фаворе. Изготовление их было для многих, в том числе и для меня, хлопотным, но выручали друзья.

Вторая, "низшая" каста — все те же самодурщики. В целом, они ловили больше, но презрение от этого не спадало. Возня с поролоном и снятие рыбы с крючков в 20-градусный мороз — это занятие не для каждого, с учетом, что делать это надо 500-600 раз в день. Крючки блесен не имели бородки и вытащенная на лед корюшка сама слетала с крючка. А если еще учесть, что все это могло происходить на глубине до 20 метров, то картина совсем в пользу блеснильщиков. Самодур с рядом крючков приходилось вытаскивать традиционным способом, перебирая леску, путающуюся на льду. А при ловле на блесну леска наматывалась на руки очень быстро, не путалась и так же легко блесна уходила обратно на глубину. Это неизбежно приводило к тому, что блеснили всегда двумя руками из двух лунок. Но и среди блеснильщиков были хапуги. Именно они придумали ловлю одновременно на четыре блесны из четырех лунок. Лунки сверлились полукругом, рыболов располагался в центре. На одну удочку наматывалось параллельно две лески (катушками там не пользуются, у всех мотовильца). Лески раздваивались и опускались в две соседние лунки. Играли блеснами одновременно, а располагать их можно было на разных уровнях. В итоге четыре блесны с двух рук искали, в каком слое воды сегодня рыба, а потом уже все вместе с одного уровня эту рыбу ловили. Непросто понять, но при поклевке на любую из четырех блесен леска все так же наматывалась на руки. Три другие блесны при этом оставались в воде и шевелились от работы рук, что порой вызывало новую поклевку.

Не буду окончательно запутывать читателей, но хапужничество на этом не остановилось и 8 удочек с двух рук — это уже было реальными фактами.

Но вернемся к удочкам. Зимние самодуры ничем не отличались от весенних и ловили на них со льда точно так, как и с пирса. Подергивание ритмично по очереди двумя руками и при поклевке одна удочка падает на лед, а вторую начинают выбирать.

На удочки с блеснами ставили, как правило, леску 0,15, на ней грузило веретенообразной формы, которое столь удобно в работе, что я до сих пор не понял, почему оно не приживается в европейской части. Грузило с двух сторон крепится скользящими кембриками и меняется в зависимости от глубины или течения за пару секунд. А ниже петля в петлю крепится поводок с блесной. Леска ставится, соответственно, тоньше, а длина поводка доходит до 50-60 см. Основной проблемой при такой рыбалке является запутывание поводка в момент опускания блесны на большую глубину. Но у опытных рыбаков все это давно отработано и шиком для блеснильщиков считается то, что рукавицы (чаще всего шубенки, ибо перчатки просто не нужны) снимаются трижды: утром, чтобы опустить удочки в лунки, во время обеда и вечером, чтобы смотать снасти.

Удивительных наблюдений было немало.

фото О. Чепурного…Два самодура-близнеца: один с черными крючками, другой со светлыми, все остальное идентично. Ловлю с двух рук, и у левой лунки около сотни корюшек, а у правой — три штучки. Перепробовал все и смирился. Значит, черные крючки лучше. И в какой-то момент кто-то переключает тумблер. Вся остальная рыба ловится исключительно на вторую, столь разочаровавшую меня удочку.

…Наступает спад в клеве корюшки, и пошел слух, что надо ее ловить на леску 0,08. А у нас 0,1. Сначала относимся скептически к этим 0,02, но в итоге, к всеобщему удивлению, разница в сотые доли миллиметра оказывается решающей.

…Еду покупать тогда еще дефицитную японскую леску и на рынке перед закрытием беру две катушки 0,15. Доезжаю до дому и обнаруживаю, что они обе 0,25 (!). А утром на лед. Собираю свои старые, не раз оборванные снасти, но делаю самодур и из 0,25. В итоге почему-то начинаю с него и обнаруживаю, что он… лучше. Поклевок не меньше, но зато он совсем не путается. Итог. На все оставшиеся годы я кладу в ящик одну (!) удочку. Порой незнакомым рыбакам показываю полный ящик рыбы и одну удочку с 0,25. Это бывает в моменты, когда неудачники начинают жаловаться, что сегодня у них на 0,12 не клевало, а 0,1 не было. Большинство считает, что я их как-то дурю.

…Особенно часто азартный лов по последнему льду приводил к опасным переходам, а пару раз даже к купели. Не менее рискованна и езда по льду на машинах. Только сейчас понимаю, что подобная бравада перед компаньонами была совершенно глупой. Это самая грустная сторона приморской рыбалки, тем более что происходили и совсем трагичные случаи.

И еще запомнился нерест корюшки, когда набегающая волна приносила сотни рыбок. Вода уходила, а рыбешки как бы стояли на хвосте, наполовину зарывшись в песок. Следующей волной их уносило, а их место занимали другие. Все это происходило ночью и в свете луны было красиво.

Корюшка ловилась не только в море, но и в устьях впадающих в море рек. Были и интересные моменты.

…При ловле на блесну корюшка хватала ее и пропускала через жабры, а там уже ждала следующая. В итоге за один раз попадалось по две рыбешки.

…Случалось, когда сорвавшаяся в ледяном желобе лунки корюшка самостоятельно вылетала на лед.

Вот такие воспоминания посещают меня при упоминании дальневосточной рыбалки. Сейчас, уже много лет занимаясь ловлей рыбы на Каме, я понимаю, что рыбалка та до обидного однообразна и не идет ни в какое сравнение с нашей речной, где хитрость и старание имеют большее значение. И все-таки, в дни бесклевья, когда часами выжидаешь поклевку леща, хочется оказаться на Русском острове или в Амурском заливе и…

П. Елизаров

"Российская Охотничья газета № 19 — 2006 г."

Внимание!

В качестве исходного материала использована статья с сайта "Калининградский рыболовный клуб"




Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*