Налимам снятся твистеры

Налимам снятся твистеры

Налимам снятся твистеры

Мужчинам снятся женщины, а женщинам мужчины. Налимам же снятся твистера, и это естественно. Жизнь налима трудна, скучна и голодна. Питаются налимы лягушатами, червячками и дохлыми окунечками, которые, как назло, редко дохнут, и поэтому налимы голодают, порой даже месяц ничего не едят. Но из всех трудностей в жизни налима наибольшее зло — скука. Высшее наслаждение доставляет налимам зрелище изредка проплывающих мимо них твистеров. Если бы твистера чаще радовали налимов своими задорными хвостиками, налимы и клевали бы на твистер чаще. А так…

Свое знакомство с Москвой-рекой я начинал в Фаустово. Приходил на стрелку, в то место, где шлюзовой канал соединяется с рекой, и если были поклевки, мог час простоять, два и больше. Здесь мне регулярно попадался налим и я воспринимал это как должное. Прочая рыба тоже ловилась отлично — щука, судак, берш.

фото Савин HGДо первого своего приезда на Москву-реку налима я не ловил ни разу, и поэтому долгое время полагал, что на Москве-реке просто много налима. Большинство поклевок на стрелке случалось точно в одном месте, в небольшом приямке на стыке речного течения со стоячей водой шлюзового канала. Выловив в первую зиму достаточно много рыбы, в том числе и более двух десятков налимов, я наверняка знал, что судак клюнет приблизительно здесь, щука — там, а налим — исключительно на резкой бровке, через которую твистер уже продирался с большим трудом. Сама проводка, моя техника — мало интересовали налима. В тот момент, когда он приходил на бровку, он уже был запрограммирован на поклевку.

Налимы ловились в дни хорошего клева другой рыбы, в те дни, когда под водой явственно ощущалось активное рыбье движение. Тогда вся рыба обязательно ловилась вперемешку. Это было похоже на какую-то естественную традицию, и со временем поклевка налима воспринималась как сама собой разумеющаяся. Помните, как в фильме: "все побежали — и я побежал". Ну то есть: все клевали — и налим клюнул. Логично. Я все ждал, когда же наконец поймаю гигантского налима. Попадая в хороший клев, я вполне мог на это рассчитывать, но экземпляр на два кило так и остался самым крупным из пойманных на стрелке. Как только прекращались поклевки, я спускался на километр ниже по течению реки. Всегда успешно ловил на яме и у ручья. Ловил крупных щук и судаков, ловил сазанов, бершей, карасей, жереха. Но ни разу ни на яме, ни у ручья не ловил налима. При этом резких бровок тут предостаточно. Еще чаще, чем на стрелке, я попадал в этих местах на ураганный клев самой разнообразной рыбы. И по-прежнему не ловил ни одного налима — просто удивительно, что их не было. Конечно же, меня это не расстраивало. Я любой рыбе был рад, прежде всего меня радовал хороший клев.

А самый лучший клев почти что всегда случался в километре ниже ручья. И это второе место в Фаустово, где я ловил налимов. Взаимосвязь налимов с хорошим клевом щуки-судака определенно была, но заинтриговал меня другой факт. Участок реки, где клевало как из пулемета, протяженностью был не более ста метров. Щука-судак одинаково успешно ловились с обоих берегов и в любой точке. Резкие бровки, не резкие — все есть. Но налим всегда ловился с левого берега, всегда в двух совершенно конкретных точках. Причем в один день либо в одной точке, либо в другой. Можно было поймать одного налима, а затем, если в точности скопировать результативный заброс и доставить твистер куда надо, поймать еще несколько налимов. Такого дня не было, чтоб одним налимом все кончилось. Либо не было ни одного налима, либо было сразу несколько. Логичным кажется предположение о том, что налимы должны были попадаться где-то рядом, по соседству, и тем не менее, при мне этого ни разу не произошло.

…Следующим местом, где налимы перешли мне дорогу на Москве-реке, было Чулково. Это было еще не то Чулково, которое хорошо знакомо нынче поклонникам Московского зимнего спиннинга. Раньше рыба в Чулково не то чтобы клевала — она жрала, просто хреначила со страшной силой — это сейчас она из последних сил поклевывает, и налимы куда-то исчезли. А тогда на налимов я вышел сразу. Спустился вниз от моста по правому берегу до первой же ямы и поймал. В 1995 году эта яма начиналась из-под берега, в ста метрах ниже по течению относительно нынешней. Но это и не имело, наверное, принципиального значения. Налимы клевали не в самой яме, а на береговом свале, под который закручивало обратное течение, превращая свал в жесткую, почти отвесную бровку. Помимо налима здесь же ловился мелкий судак, а крупный судак и щука практически никогда не попадались. Все налимы, пойманные мною в этом месте (а насчитал я их более пятидесяти штук), были мелкими, средним весом около пятисот граммов. В последующие годы такого изобилия налимов не было. Лет пять-шесть спустя я наблюдал за вспышкой активности налимов на этом же месте. Но лучше бы налимы не воскресали. Толпа спиннингистов быстренько расхватала всех налимов, по одному хвосту на руки, и вот уже несколько лет налимы не подают признаков жизни, пребывают в очередном своем летаргическом сне.

Естественно, я ловил не только у моста — скорее наоборот, стремился уйти подальше, за карьер, откуда приносил немало рыбы. Но ни одного налима ниже по течению так ни разу не поймал. Выводы для себя я сделал некоторое время спустя — когда поймал уже более двух сотен налимов. К москворецким я добавил налимов из Оки и Клязьмы. Конечно, среди них много единичных случаев поимки налима. Пойман один налим в каком-то месте, например, в Беседах на "пятом повороте" — и все. Единичный случай почти невозможно рассмотреть в деталях, разобраться, откуда налим и зачем. А впрочем, налимы никогда не попадаются на твистер где попало. Есть традиционно рыбные участки на реке — налим почти наверняка весь там. Это счастливое место не может быть одной ямой или перекатом, такие локальные места продолжительное время рыбу не держат. Как правило, "рыбный участок" протяженностью несколько километров — он относительно глубокий и, главное, по совокупности качеств привлекает самую разную рыбу, которая большую часть своей жизни в течении года проводит здесь же. Конечно, нужен лещ, и чем больше леща, тем лучше. Лещ надежно ориентирует спиннингиста, и в Подмосковье охота на серьезного хищника без леща немыслима. Однако налим, как привязанная собачка, за стаей леща не ходит. Щука ходит, судак, а налим — нет. Налим выбирает себе бровку по своему усмотрению (чем он конкретно руководствуется в своем выборе, никому не известно) и клюет только на ней. Где сидят налимы в то время, когда сыты и не клюют — не понятно, но живут они не на бровке, это точно. Иначе они там в любом случае багрились бы, а они не багрятся. Налим — он либо клюет, либо нет. Такого больше ни с одной хищной рыбой на Москве-реке не бывает. Не клюет щука, судак — но все равно понятно, где они стоят, они себя обнаруживают, а налим — тот нет. Налимью бровку без поклевки самого налима распознать невозможно, никаких для этого зацепок и нюансов нет. Поэтому любая информация о пойманных налимах весьма ценна. Координаты этого места должны быть точнее точного. Сама бровка может быть и десять метров в длину, а налим будет попадаться исключительно на первых двух метрах или на последних. Более того, можно сделать тридцать безрезультатных забросов в одну точку, а на тридцать первом все-таки поймать налима, для которого и два-три сантиметра разницы в точности попадания уже играют большую роль. Если вы уверены в том, что место выбрано верно, а налим не клюет, то тридцати забросов, мне кажется, более чем достаточно, чтобы в этом удостовериться. В любом случае, какая-то рыба должна попадаться. Если вообще ничего не попалось — налим не клюнет. Чем больше попалось разной рыбы, тем выше вероятность того, что вот-вот клюнет налим. Может быть, несколько часов пройдет, а может быть — несколько суток. Налим может клюнуть не на пике активности другой рыбы, а до и после. На начало клева мы почти никогда не попадаем, тут все целиком зависит от везения. Но если рыба уже долго клюет в одном и том же месте, ее надо просто дожать, до последнего, пока клев не сойдет на нет, пока не станет ясно, есть тут налимы или нет.

И еще очень радует меня то обстоятельство, что для ловли налима на твистер не приходится ничего менять в проводке. Я где-то читал о разных якобы налимьих проводках. О том, что твистеру надо давать дольше лежать на дне, о том, что скорость проводки должна быть медленная. С медленным темпом проводки я не согласен, теперь, когда я поймал уже достаточно много налимов, мне кажется это абсурдным. На "забытый" на дне твистер у меня клевало несколько раз, но каждый раз это выходило само по себе. Так что до сих пор непонятно, как такую задержку на дне осуществлять продуманно и осознанно. Есть, правда, способ проводки, который я применяю по большей части осенью: твистер после двух быстрых оборотов ручкой катушки я задерживаю на дне не на мгновенье, как обычно, а на полторы-две секунды. Сказать, что много было поймано налимов именно таким способом, я не могу: большинство поймано обычным, быстрым способом. А способ с задержкой давал эффект по любой рыбе, ни рожей, ни хвостом на налима не похожей.

И еще одна хитрость в ловле на резких бровках. Если держать спиннинг высоко над головой а не тыкать им в воду, количество поклевок однозначно возрастет. Налим — не такая шустрая рыба, как щука. Паузы при скачках на бровку в любом случае должны быть отчетливыми, с редким касанием и по возможности без вспахивания бровки. Вспахивание бровок ничего, кроме перловиц, не приносит. Перловица — это как предупреждение о том, что место хорошее, но проводка сделана отвратительно. Налим на такой проводке не клюнул бы.

Налим — рыба зимняя, летом поймать его проблематично… Есть такое мнение и в какой-то мере оно соответствует действительности, но не совсем. Я могу вспомнить несколько случаев, когда в апреле, мае и июне попадал на клев налима. Один раз поймал за рыбалку четырех налимов — это было на Оке под Серпуховом, где налим, естественно, не редкость, но тем не менее. Во всех случаях, когда я ловил налимов весной или летом, события разворачивались на мелководье или на каменистых приямках с относительно быстрым течением. Регулярно мне попадались налимы на Окских плотинах в Белоомуте и Кузьминском, где тоже относительно мелководно, жесткое, местами каменистое дно и сильное течение. И самого ближнего к Москве налима я также поймал весной, в апреле, под Бесединским гидроузлом.

Осенью, уже в августе, налим одновременно со стаями леща начинает скатываться в глубину. По крайней мере, уже в середине августа на Оке под Каширой я то там, то здесь ловил налимов на свалах в ямы на жестких отвесных бровках и на другом интересном рельефе поблизости от ям и, как всегда, одновременно со щуками и судаками. Вовсе не обязательно, что ямы должны быть глубокими. Напротив Каширы, например, есть участок реки с жестким дном и глубинами 4-6 метров. В 1997 году концентрация хищника в этом месте случилась потрясающая, и двух налимов я поймал.

До наступления зимы налим не меняет тех мест, куда он переселился еще в конце лета. Дожди, заморозки и другие погодные факторы клев налима не усиливают. Налим активен исключительно в период всеобщей активности хищника.

Один раз в конце ноября мы с Романом Новиковым отправились на Москву-реку под Воскресенск, а точнее — в Марчуги. Нам повезло, мы попали в хороший клев. Некоторое время вычисляли "лучшее место" и вычислили. Пятой или шестой рыбой, пойманной в этом месте, оказался двухкилограммовый налим, его поймал Роман. Мне многие не верят, что налим водится в Москве-реке и порою так близко от города. Другие не верят, что на Москве-реке много налима. А кое-кто сомневается, что налимы клюют на твистер. Чтобы в это поверить нужно самому поймать налима, но с каждым годом сделать это все сложнее. Налимы не любят плохой клев, они приходят, когда все хорошо.

Налимы вернутся только с возвращением хорошего клева на Москве-реке. Как в фильме "Predator" с Арнольдом — хищники приходили только в самые жаркие годы. Так и налимы раньше приходили только в самый сильный клев. Эта весна, кстати, была "жаркой" на Москве-реке. Много больше рыбы, чем обычно, пришло из Оки. У налима есть шанс проснуться уже этой осенью. А уж что ему снится — я знаю точно.

Пару слов о приманках: твистеры -2-3 дюйма, вес груза — от 20 до 30 граммов.

М. Екин

"Российская Охотничья газета № 41 — 2005 г."

Внимание!

В качестве исходного материала использована статья с сайта "Калининградский рыболовный клуб"




Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*