Три дня на Терском — Часть третья

Три дня на Терском — Часть третья

Три дня на Терском

часть 1 часть 2 часть 3

Вернувшись к оставленной на берегу автомашине, узнаем от водителя, что тот уже видел в реке первую шуговую рыбу. Шуговой здесь называется семга, у которой во время подъема по реке в верхнем слое воды льдинками шуги забивает жабры и она погибает. Пока по реке начинает нести только первый ледок и рыбы гибнет мало. Чуть позже, когда шуга пойдет по реке почти сплошным потоком, такой рыбы станет больше. Ее во время отлива будут находить в приливной зоне реки, в валах шуги, притираемой к берегу. Но самое большое количество рыбы гибнет от шуги, когда ледяной хвост, вынесенный рекой на несколько километров в море, ветром прижмет к берегу. Тогда местные жители, случается, за раз собирают в шуге по тридцать и более рыбин. Ориентируются по воронам. Те обычно первыми находят рыбу. И по привычке или недоразумению расклевывают все вместе сначала одну из найденных семг. И тут, как говорится, не зевай. Разбивай ногами снежно-ледяную смесь и собирай рыбу. Если рядом есть пост инспекции, то, во избежание неприятностей, по найденной рыбе можно составить акт и пользоваться ею по своему усмотрению.

фото автораОкинув в последний раз взглядом устье реки, сажусь в машину, и мы едем дальше. Всего через два дня, с первого ноября, открывается здесь зимняя рыбалка со льда. Правда, едва ли через два дня здесь будет лед. Но рыбаки из Кузомени все равно выедут на своих лодках в устье реки Кицы, впадающей в Варзугу прямо напротив деревни. Они уже истосковались по своему традиционному промыслу — ловле беломорского корюха. Зимой, в короткий световой период, практически вся деревня, от детей до бабушек, на льду. Каркасы из жердей, обтянутые полиэтиленом, защищают от ветра. Немудреная снасть с маленькой блесенкой или крупной мормышкой, коробочка с червями, и вперед. За одну рыбалку при хорошем клеве кузоменьские бабушки ловят по две-три сотни корюхов, которых потом скупают заезжие коммерсанты. Они же привозят и червей, и опарыша, на которого во время весенней рыбалки, "весновки", со льда хорошо берет сиг. Пару лет назад, благодаря хорошим знакомым из Кузомени, я попал на ловлю корюха по первому льду. Увлекательнейшая и интересная рыбалка. А уж как хорош свежий корюх на сковородке, и говорить, истекая слюной, не просто. Особенно хорош беломорский корюх вяленым. Даже для местных жителей это деликатес, который при имеющейся у них возможности выбирать они предпочтут и семге.

Оставляя на плотном песке четкий рифленый след, машина резво катится по отливной зоне. На обратном пути в Умбу инспектора патрулируют морское побережье. За ручьем Каботов замечаем впереди у побережья еще одно жирующее стадо белух. А мне в первый раз в жизни посчастливилось увидеть часть темной спины и фонтан небольшого кита. Еще пару раз показавшись и выбросив вверх на полтора-два метра фонтан воды, он исчез. Побережье казалось пустынным — ощущение брошенности и запустения. На месте бывших тоней угадывались былые постройки, рядом с ними местами до сих пор сиротливо стоят металлические пружинные кровати и весы, на которых когда-то здесь взвешивали пойманную семгу. В одном из мест внимание привлекает плавающая неподалеку от берега пластиковая бутылка. Приглядевшись, замечаем ряд сетевых поплавков, тянущихся от бутылки к прибрежным камням. И уже через несколько минут, пробравшись к этому месту по скользким, обнажившимся во время отлива камням. Анатолий Галанчик с водителем вытягивают из моря скрученную сеть. Вместе со свежей и даже еще живой семгой в ней и уже испорченная, объеденная морским рачком капшуком рыба. Это говорит о том, что сеть эту поставили не вчера, а как минимум, пару дней назад, или забыли, или бросили при приближении инспекции. Так или иначе, попавшая пару дней назад рыба уже окончательно испорчена. Найденная сеть и извлеченная из неё рыба актируются, а мое внимание в этом месте привлекает необычная структура берега. Это почти совершено красные ступени, наверное, из окаменевшей красной глины. Немного мест на земле, выглядящих так необычно и здорово.

Выехав из-за мыса на очередное лукоморье, видим вдали на берегу удаляющуюся от нас "Ниву". Гнаться за ней бессмысленно, и через некоторое время, свернув с побережья, она исчезает из вида. А мы, форсировав ручей, выезжаем на мыс, знаменитый тем, что в этом месте на поверхность выходит скала с месторождением аметистов. Когда-то их здесь добывали промышленным путем. Сейчас, в лучшем случае, здесь можно найти на берегу уже зашлифованный волнами сиреневый камушек. Если, конечно, не взрывать скалу. От былых промыслов здесь остались две избушки. По пути инспектора проверяют все места, где, по их опыту, высока вероятность обнаружения браконьерских сетей. Но то ли браконьерство действительно пошло на убыль, то ли "брэки" стали умнее и изощреннее, но ни одной сети нам обнаружить так и не удалось. Выехав на очередное лукоморье, изгибами которого чередуется Терский берег, видим вдали на мысу маяк. Это село Кашкаранцы. Солнце уже совсем низко, и там мы закончим этот рейд и поедем в Умбу. А ночью поезд из Кандалакши увезет меня в суетную Москву. Где семга только норвежская. И почти никто не знает вкус настоящего североатлантического лосося и едва ли сможет отличить его от генетически измененного лосося, выращиваемого на специальных кормах в закрытых от моря сеткой норвежских фиордах.

Не доезжая нескольких километров до Кашкаранцев, останавливаемся у появившейся здесь недавно часовни. Раньше они здесь были чуть ли не у каждой тони. В них промысловики молились. Просили удачи в промысле и торговле с иноземными купцами. В лучах закатного солнца, на фоне моря и в обрамлении можжевеловых кустов часовня выглядит особенно красиво. Несмотря на то, что дверь ее ни от кого не закрыта, едва ли у кого поднимется рука осквернить это место.

После осмотра часовни отъезжаем с этого места, в каком-то благостном настроении. Каждый думает о чем-то своем. Рейд почти закончен и, казалось бы, можно расслабиться, но не успевает машина проехать и километра, как острый взгляд инспекторов замечает в лесу недалеко от края УАЗик с надувной лодкой и людьми возле него. Машина останавливается и Белоусов с Галанчиком идут посмотреть, кто здесь находится и с какой целью. Приготовив фотоаппарат, иду за ними. У машины три человека. Два из них явно не трезвы. Рядом с надутой резиновой лодкой лежит несколько связок рыболовных сетей. Даже если эти люди скажут, что приехали сюда на ночь глядя не с целью браконьерского промысла, а просто похвалиться друг перед другом имеющимися у них снастями, нарушение налицо. Суть его — нахождение с рыболовными снастями без соответствующего разрешения в охраняемой зоне. Один из нарушителей, вальяжно развалившись на полянке рядом с резиновой лодкой, явно издевается над инспекторами, уверяя их, что они ничего не смогут доказать и конфисковать. В подтверждение своих слов, он через распахнутые задние дверцы машины убирает резиновую лодку и вместе с сообщниками собирается убрать туда связки сетей. Старший рейда, начальник Терской инспекции, пытается этому препятствовать, на что один из задержанных хватает его за ворот и бьет головой по лицу. Снимая происходящее, я не вижу, чем заняты второй инспектор и водитель, и только слышу их слова, относящиеся к задержанным. Они пытаются образумить последних и не усугублять ситуацию, в которой им по максимуму грозит изъятие снастей и штраф в тысячу рублей. Но, похоже, ситуация вышла из-под контроля. Один из "задержанных" направляется ко мне и требует отдать ему фотоаппарат. Услышав отказ, он пытается отнять его силой. Мне, не без труда, удается сохранить фотокамеру, фактически укрывая её своим телом. Но от части ударов нападавшего увернуться не удается. Когда ситуация доходит до крайности и нападающий распаляется до того, что от него можно ожидать не только ударов, но и ножа в бок, зову на помощь инспекторов. В это же время слышу предупреждения Белоусова нападающим на него и другого инспектора о возможности применения оружия. Затем с некоторым интервалом — подряд несколько выстрелов. Как оказалось позже, один из нарушителей пытался завести свою машину и увезти с места происшествия лодку и сети. На что Белоусову, после предупредительного выстрела, пришлось прострелить три из четырех колес машины нарушителей. В какой-то момент мне удается повернуться и я вижу, как один из нарушителей пытается вырвать у Белоусова его служебное оружие. После этого слышу еще несколько выстрелов, и, наконец, инспектора могут прийти мне на помощь. С большим трудом им удается оттащить от меня нападавшего и вырвать у него из рук ремешок фотокамеры. С не меньшим трудом им удается надеть на него наручники. Только теперь я вижу человека, пытавшегося отнять пистолет у Белоусова, лежащим на земле. Я благодарю Бога, что инспектор таки решился применить по назначению имевшееся у него оружие. В противном случае, принимая во внимание безлюдность местности и наступившие сумерки, неизвестно чем бы все могло закончиться. Похоже, что браконьеры были готовы взяться за оружие и идти до конца. И граница принятия и осуществления этого решения так зыбка и размыта, что не понятно были ли их действия началом этого или только стихийной реакцией пьяных людей. Со слов инспекторов узнаю, что оружие не было применено намеренно, а произошло три случайных выстрела во время того, когда один из браконьеров пытался им завладеть. И вот одна из пуль случайно угодила в ногу нападавшему. Что же, спасибо господину случаю и за это. И только через некоторое время приходит понимание, что любая из этих шальных пуль могла угодить и в меня, и любого другого…

Раненому оказывается первая помощь, а водитель отправляется к ближайшему телефону в Кашкаранцы, чтобы вызвать к месту происшествия скорую помощь и известить о произошедшем милицию. Но до Умбы более сотни километров. Потому грузим раненого в машину инспекции и везем навстречу скорой помощи. Выехавшую к месту происшествия милицию и представителя районной прокуратуры встречаем на полпути.

По произошедшему прокуратурой Терского района начато следствие. Только после дачи свидетельских показаний, глубокой ночью, мне удается выехать к поезду в Кандалакшу.

Как говорит мой очень хороший знакомый, житель этих мест:

— Места наши богатые и красивые. Жить бы здесь да жить, вот только если бы не семга…

В. Люшков

"Российская Охотничья газета № 05 — 2005 г."

Внимание!

В качестве исходного материала использована статья с сайта "Калининградский рыболовный клуб"




Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*